Партийцы и местное самоуправление

— В середине 90-х годов корпус глав местного самоуправления, местных депутатов, объединившихся в наиболее серьёзных объединениях, например, в Союзе российских городов (СРГ), в Ассоциации сибирских и дальневосточных городов (АСДГ), называл себя «муниципалами». Они имели на это право — у них была муниципальная идеология, они были её носителями. Применим ли этот термин к сегодняшним руководителям органов местного самоуправления?

Глазычев В.Л.: Нет, они городские управленцы разного уровня. Либо просто чистые политики, для которых это исключительно станция, ступень в карьерном росте, и собственно город их совершенно не волнует, а уж горожане тем более. Только как избиратели.

— И как в этой ситуации быть с муниципальными выборами по партийным спискам? И вообще с «партийной струей», как, например, в Свердловской области, где кандидаты в главы всех МО утверждаются «единой» региональной партийной организацией?

Глазычев В.Л.: Я исходно, ещё когда это обсуждалось на уровне законодательства, был категорическим противником опускания — в наших условиях — партийной схемы на муниципальный уровень. Потому что, в конце концов, вода из крана должна течь при любой партийной принадлежности.

А при монопольной партийной системе, которая у нас надолго, судя по всему, закрепилась, это, естественно, означает дальнейшую бюрократизацию и централизацию. И, конечно же, для прямого ставленника партии Х, зависящего от её высшего бюрократического руководства, команды этого руководства будут перевешивать. И перевешивают — мы это прекрасно видим.

Хуже того, даже для тех, кто как бы в оппозиции (у нас есть некоторые примеры, когда побеждали справедливороссы и даже лдпровцы), они всё равно оказываются ввязаны в собственную партийную иерархию. И пусть она в меньшинстве, но она от этого не менее жестко старается рулить. Это вообще скверно, потому что это расчленяет — в наших условиях. Допускаю, что это можно делать иначе в США или в Германии, но в наших условиях — я был категорическим противником партийности на муниципальных выборах. Потому что здесь, пусть даже ошибаются и раз, и два, и три, но персонализация придает чувство реальности, а некая «партийность» у обывателя ни с чем не согласуется, кроме как с центральной бюрократией. И это автоматически усугубляет отчуждение — пусть даже неизвестно ещё кто кандидат, может быть, замечательный человек. По-моему, это жестокая ошибка. Там, где нужно стремиться к консенсусу, к консолидации независимо от партийной принадлежности (парк, мусор вода, пожары…), — при чем тут партии? Это скверно…

— Это очень точное слово — консенсус. На местном уровне нужно всё решать именно консенсусом, потому что там много «правд», у каждого своя.

Глазычев В.Л.: Здесь партийная схема в принципе мешает выработке искусства договаривания, искусства выработки практических решений.

— То есть принадлежность к партии в местных делах лишний элемент, он ликвидирует одну степень свободы…

Глазычев В.Л.: Одна степень свободы уходит. И хотя они потом более или менее договариваются, но это уже отчужденно от жителей и их интересов — не вопреки, но в стороне. Вопреки схеме консолидации. Я очень был против этого дела, но не первый раз проиграл.

— Не вы один.

Глазычев В.Л.: Я понимаю.


Из интервью 22 сентября 2008 года, опубликовано в газете "Местное самоуправление", №10. Перепечатано в газете "Городские вести" (г.Петушки), 14.11.2008

См. также

§ Российское местное самоуправление в его политическом измерении



...Функциональная необходимость проводить долгие часы на разного рода "посиделках" облегчается почти автоматическим процессом выкладывания линий на случайных листах, с помощью случайного инструмента... - см. подробнее