ТВ-заставка — дело тонкое

Как и всякий относительно нормальный человек в нашем бравом новом мире, я время от времени должен убеждаться в собственной вменяемости. Соответственно, дабы проверить своё считывание телевизионной картинки, я попросил своих пятикурсников[1], которые пытаются научиться анализу и критике, высказаться по этому поводу на бумаге. Несколько отрывков из их сочинений разумно здесь привести, убрав лишь отдельные стилистические шероховатости.

Наталья Оленченко написала: "Что касается художественного оформления на нашем телевидении, заставки на ОРТ, НТВ, ТВ-6 и частично на РТР выполнены на высоком профессиональном уровне, хотя стилистически выдержаны только два канала: НТВ и ТВ-6, но имидж ведущих стилю канала часто не соответствует..."

Что верно, то верно. С каждым месяцем ведущие наливаются солидностью, как синьор Помидор, и их угрюмая серьёзность уже не граничит с самодовольством, а самодовольство в чистом виде и есть. ТВ ошалело вконец, и вот великая весть: Светлана! Сорокина! Переходит! На! НТВ! Кто такая Светлана Сорокина?

Читаем далее: "РТР. Мать-кормилица, символизирующая, по-видимому, матушку Русь: картины передвижников — "оживающие"; Козьма Прутков (на фоне соцреалистических передач). Технический уровень высок, но концепция разваливается на части. Во-первых, я считаю, что грымовский культпросвет может вызывать только раздражение, потому что тиражирование предметов искусства приводит к их опошлению. Но даже если допустить правомерность такой идеи (просвещение через тиражирование), лабиринт в виде логотипа РТР до виртуальной галереи никак не дотягивает. И какое ко всему этому имеет отношение афоризм Козьмы Пруткова на фоне картинок с конфетных коробок и папирос начала века? По-видимому, это сочетание высокого искусства и массового должно показывать некую "народность" канала РТР".

Простим некую свирепость, свойственную нежному возрасту, но ведь в справедливости не откажешь. Я тоже с глубоким интересом наблюдаю очередные потуги возродить уваровскую формулу "православие, самодержавие, народность". Прямо скажем, даже при Николае I и даже усилиями трудолюбивого Константина Тона это не слишком выходило. И к годам первой мировой войны, когда к сотворению Кузьмы Крючкова приложили руку такие мастера, как Билибин, это не слишком-то вышло. Сегодня за это тяжкое дело взялись на РТР. Боюсь, что живописца Глазунова им все одно не догнать. У нас ведь на Руси как-то само всегда так устраивалось, что ежели мы пытались кого-то в точности имитировать, непременно получалось вполне самобытно, будь то барокко, ампир или ар-нуво в редакции Федора Шехтеля и Михаила Врубеля, или ар-деко в редакции Бориса Иофана и Веры Мухиной. Завезли некогда в барские усадьбы саксонские фарфоровые статуэтки, и чуть позже по деревням из сплава неолитической глиняной свистульки и дрезденских фигурок возникло очарование дымковской игрушки. А как только мы начинали строить самобытность целевым образом, так ведь непременно получалось нечто замученно третьеразрядное, обидно похожее на эстетику германских садовых гномов.

По поводу НТВ Наташа Оленченко предложила, по-моему, превосходно лаконичную формулировку "Имидж ведущих: время — деньги". Что хорошо подтверждает мой тезис: стараясь воспроизвести условно американский стиль (ничего общего с реальной Америкой не имеющий), явно создают нечто сумрачно-оригинальное.

А относительно ТВ-6 Наташа заметила и то, как откровенно здесь повторяют композиции голливудских киностудий, и то, как нацелены на шоу, и что амбициозность выражена здесь в игре в американскую культуру, но уже понятую в ключе Лас-Вегаса. По-моему, для студента недурно.

Федор Ращевский справился с заданием несколько хитрованским способом. Задано было говорить о ТВ-картинке, он и говорил, но о... CNN: "То, что вы увидите на экране, будет на сто процентов отвечать концепции информационного вещания, не комментирования, а именно репортерского вещания. Все на экране поможет вам почувствовать аромат новостей, услышать главное, даже если у вашего телевизора отсутствует звук или вы не сильны в английском. Достигается это просто, но предельно рационально. Экран программы Hot News, которая всегда идёт на фоне натурных репортажных съемок, имеет в нижней части ярко-красную полосу, будто говорящую: "Я горячая линия, я самая главная новость, обрати на меня внимание — я связываю тебя со всем миром, сейчас я в Нью-Мексико (Индианаполисе, Денвере и т.д.)", — это к разговору со зрителем подключается надпись под красной линией, которая сообщает точное место, откуда ведётся репортаж".

Федор чуть преувеличивает, ибо за всё это зритель CNN расплачивается рекламным слайд-шоу отелей по всему свету, от чего тошнит почти так же, как от гигиенических прокладок на наших каналах. Однако в одном он прав: суждения об "американизме" НТВ и ТВ-6 всё же преувеличение, а значит, я прав тоже, ибо они оба глубоко нашенские.

Наверное, те, кто брюзжит по поводу нынешней молодёжи, имеют к тому свои резоны. Меня эта самая молодёжь завораживает и восхищает, ведь они к своим двадцати и видели, и узнали, и передумали на порядок больше, чем удавалось нам. (Конечно, к нам в группу записываются те, кто интеллектуально покрепче других, но и круг моей юности объединял отнюдь не дебилов.)

Вот, скажем, сугубо формальный анализ, предложенный Евгенией Микулиной: "Вы смотрите ТВ-6". Прежде чем написать мини-рецензию, я расспросила окружающих об этой телевизионной заставке. Ответы варьировались, но в целом сводились к одному: раздражает! На первый взгляд странно, что "сделанная", профессиональная картинка вызывает незапланированный эффект. Но, по-моему, это противоречие объяснимо. Первое, что бросается в глаза в заставке, — своеобразное решение экрана "через сеточку", как будто сбилась телевизионная настройка. Это немедленно заставляет напрячь зрение. Таинственное постоянное мерцание телеэкрана становится явным. Далее пресловутые "цвета ТВ-6": яркие, фосфоресцирующие оранжевые, желтые, фиолетовые тона, так называемые кислотные. Они воздействуют на глаза вполне ощутимо — в первую секунду хочется зажмуриться и поморгать. Восприятие "через сеточку" их, кстати, смягчает, но не вполне. Следующий важный элемент заставки — постоянное движение планов и объектов на экране, их взаимоналожение и графическая трансформация. В этом смысле заставка ТВ-6 стоит между НТВ, где мы постоянно следим за приключениями и превращениями фирменного зеленого шарика, и РТР, дающим нам статичную картинку, лишь на миг "оживающую". Но в заставке имеются ещё два характерных элемента. Это пейзаж ночного города с уютными огнями на заднем плане, задающий "время и место действия". Это опознавательный знак, привычный, как картинка на деньгах: "мы дома". Второй эффект — это характер написания самого значка ТВ-6: большое табло, на котором отдельными точками формируется надпись. Это "бегущая строка", один из самых распространенных, знакомых, привычных способов передачи информации... Заставка работает на контрасте с обычной телекартинкой. Смена режима, в котором работает глаз, усилие, которое мозг подсознательно делает, чтобы перестроиться, сказываются в напряжении и раздражении. Но та подсознательная агрессия, на которую картинка провоцирует зрителя, на самом деле даёт эффект активизации, концентрации внимания. Он и должен присутствовать в заставке, призванной "разбудить" зрителя, чтобы он воспринял последующую рекламную вставку с надлежащим вниманием".

Да-с, похоже, что мы вступаем в эпоху профессионализма, весьма разительно отличающуюся от эры дилетантов, какая нас формировала и нами формировалась лет тридцать назад. Жутко учёные пошли дети. Наблюдательные. Вот Станислава Бошкович, барышня из Сербии, без скидок платящая за учебу в МАрхИ, что также знаменует новые времена. Речь о заставке к программе "Зеркало" с Николаем Сванидзе: "В течение нескольких секунд на экране происходит следующее. На фоне наклонной сетки серого цвета изображен квадрат с подчеркнутой надписью: "Зеркало". Под звучание повышающихся нот электронной музыки в диагональном направлении пробегает ослепительно-яркий луч, оставляющий за собой красную пыль. В отличие от многих заставок, где мы видим конкретные атрибуты того, о чем нас информируют, здесь перед нами открывается зазеркалье. Сетка, в моем понимании, представляет чётко определённую систему того, что нам надлежит увидеть и услышать. А её наклон говорит о присутствии не только заданного, но и другого, произвольного угла зрения на происходящее. В квадрате, расположенном на сетке, ничего, кроме надписи "Зеркало". Нам дана возможность самим определить его содержимое, оно не навязано. Однако существуют не только правильные зеркальные отражения, но и те, что искажают реальность".

Читая, сразу вспоминаешь сумрачные времена. Где-то в середине 70-х мой тогдашний приятель дизайнер бился с толстоведами при разработке экспозиции музея графа-пахаря. Дабы сбить их угрюмое стремление не допустить лишнего (такие же сумрачные пушкинисты чуть не прикончили позднее очаровательную новеллу Андрея Хржановского — ту, где ярко живут строки пушкинских черновиков и рисунки на полях), мне была поручена роль отвлекающего раздражителя. На обсуждении я предлагал устроить милый балаган с залом Анны Карениной, где бедняжка, вырезанная из жести, должна была, как в старом тире ЦПКиО, все падать и падать под колеса. А также предлагал повесить на лестничной площадке фотографию времен событий 1905 года, а насупротив — большое зеркало. Оскорбление сразу двух классиков сыграло свою функциональную роль, я бежал почти без увечий, а на мелкие шалости проекта уже никто не обратил внимания.

"И вдруг появляется огонек, луч света, пролетающий по этому непонятному полю, оставляя след, подобно комете. Это сила мысли, преобразующая и освещающая по-новому и действительность, и её отражение. Она направлена ввысь. Получается, что единственным земным на всей картине является шрифт. Хотелось бы верить, что это означает свободу", — продолжает Станислава Бошкович.

Поди их пойми, когда пишут всерьёз, когда мило подтрунивают. Помните, как мы во время оно читали эпиграф, помещенный Брэдбери на титульном листе "451о по Фаренгейту": "Если тебе дали линованную бумагу, пиши поперёк". Наше воображение распалялось и от этого.

Думаете, только формальный анализ? Ничего подобного. Лукавая девушка Елена Демьяненко написала (серебряным маркером, кстати, чтобы читать было потруднее) суровую инвективу, уйдя от заданной темы: "Телевидение сокращает расстояния, доступные слухам. Перенасыщенность эфира некими — в сущности, абстрактными — трагедиями ожесточает сердца. Тысячи ненужных историй и лиц напрасно возникают в поле зрения человека: он не испытывает в них необходимости, но отвратиться не в силах — монотонная череда, отвлекающая от собственных мыслей, так захватывает... Если это не новости, то "игры для взрослых", в которых нет ни страсти, ни презрения. Или — чужие истории, захватывающие пошлые умы правдо- или неправдоподобными коллизиями... Динамика нашего времени, кажущаяся многим его достижением, в большой мере лишь глобальная проекция бесконечных мелких дрязг, падений и взлетов, чьи герои, участники и обозреватели заливают зрителя мельчайшими подробностями происходящего... Телевидение здесь по своей технологической природе подобно замочной скважине для подглядывания за событиями и стимулятору бесконечного процесса, который, как любая слишком сложная структура, уже не поддается контролю. Возникшее когда-то определение Global Village исключительно верно. Размер "деревни" и её проблем с тех пор тысячекратно возрос, но ум и сердце отдельного её жителя все так же малы..."

Спорить сложно, жить с этим трудно. Но молодые справляются.


Опупликовано в журнале "Искусство кино", 1998, №7

См. также

§ Письмо первое

§ Письмо второе

§ Письмо третье

§ Письмо четвёртое

§ Письмо пятое

§ Письмо шестое


Примечания

[1]
Речь идёт о группе студентов МАрхИ, специализирующихся по теории и истории архитектуры.



...Функциональная необходимость проводить долгие часы на разного рода "посиделках" облегчается почти автоматическим процессом выкладывания линий на случайных листах, с помощью случайного инструмента... - см. подробнее