|
Тезис первый. Надо различить в отношении социальной политики
и социальной безопасности две вещи – ложь и самообман.
Ложь – это статистика. Потому что оценка потребительской
корзины – абсолютный абсурд. И все примерно знают, как это
высчитывалось в добрые старые времена. Так же корзина высчитывается
и сегодня. Баланс свели, поделили, получили.
Второе. Самообман – это борьба с бедностью. Бедность неустранима
нигде и никогда. А вот устранение нищеты – это вопрос ключевой.
И, по-моему, различение этих двух понятий должно быть всерьез
положено в основу социальной политики. С нищетой справиться
мы в состоянии. Бедность мы можем по возможности уменьшать.
Но, пытаться декларировать сверхзадачу, которую нельзя решить,
это – самообман. Проблема нищеты – это проблема номер один.
Вторая вещь, которую чрезвычайно важно иметь в виду. Самой
главной угрозой социальной безопасности является предельно
бездарное управление. Управление в ведомственной структуре,
базирующееся сих пор на советском тезисе, водить всех за
ручку, за каждого решать: манную кашу или овсяную ему есть.
И эта схема продолжает действовать. Даже проблема детских
садов. Красноярск, когда нашел ресурсы выплачивать по четыре
тысячи рублей женщинам, чтобы ребенок остался дома, одновременно
создали напряжение на рынках труда. Заставили фактически
работодателя поднять минимальную плату. То есть, когда действие
имеет далеко идущую стратегическую линию, оно выстреливает
сразу в несколько целей. Любая попытка работать по ведомственной
схеме, в этом смысле, обречена. Она всегда разрушает объект.
И очень верно госпожа Мизулина об этом сказала. От
семьи мы можем реально отсчитывать. Это и есть форма работы
в социальной политике номер раз.
Но, здесь есть и заблуждение. Вернуться к традиционной
семье невозможно! Можно стараться, и нужно стараться. Я
поддерживаю желание в этом отношении. Но, если мы не приравняем
зарегистрированный брак к браку фактическому, мы будем продолжать
разрушать возможные семьи, семьи, которые могут реализоваться.
Это сложный вопрос. Но здесь никак нельзя обойтись возвратом
к старым ценностям.
Принципиально важным является ментальный фон, фон сознания.
Отложенная жажда потребления в позднее советское время,
прорвавшаяся наружу в начале 90-х годов, остаётся чрезвычайно
мощным фактором давления. Фактически, вместо трудовой этики,
на которой строится или строилось цивилизованное общество,
пришла этика гедонизма, не имеющая при этом оснований
для реализации. Расслоение общества – вещь управляемая.
Беда, что ею не управляют. И это, опять-таки, бездарность
управления.
Статистика лжива, все это знают давно. Но так лжива, как
у нас, это ещё надо поискать. Экспертные оценки бедности
и оценки статистические не имеют друг к другу почти никакого
отношения. В как бы очень бедном Приморье в два раза больше
автомобилей на тысячу жителей, чем в Москве, можно ли здесь
говорить всерьёз о действительных данных. Власти субъектов
Федерации чрезвычайно заинтересованы поддерживать образ
«казанской сироты». И это тоже задача для нас как экспертов,
как общественности, «вытаскивать» действительную картину.
На основе сегодняшнего доклада и обсуждений нужно сформировать
сжатую и ясную концепцию необходимых, ближайших действий.
Это задача номер один.
|
