Регионы '06

Мы зацепили в передачах треть российских регионов. Индивидуальность режима есть в каждом и из оставшихся двух третей, но типология не безразмерна. Пора подвести некий итог нашему обзору.

Просматривается значительная растяжка вариаций.

На одном полюсе "могикане" из группы ельцинского призыва. Это патерналисты, вроде Виктора Кресса в Томске, Минтемира Шаймиева в Татарстане, Виктора Ишаева в Хабаровском крае, или Эдуарда Росселя в Свердловской области - опытные, в меру жёсткие руководители, в разной степени, но безусловно ответственные. Часть из них настроена на сохранение статус кво, иные - на сдержанное развитие.

На другом полюсе - молодые менеджеры, вроде Алексанра Хлопонина в Красноярском крае, Дмитрия Зеленина в Твери или Георгия Бооса в Калилнинградской области, ориентированные на успех, на модернизацию, жёсткие. Общим их пороком является обычно недооценка человеческой стороны дела, вера в энергетику бинес-схем.

Между двумя этими полюсами целая гамма разных форм и степеней некомпетентности: от генеральской до бизнес-нахрапистой, или бизнес-клановой, при практической приватизации власти в интересах тех или иных групп.

Само по себе поштучное внимание к субъектам федерации и их главам небесполезно, но при этом легко упустить из вида основания реальной власти, её удержания и её утраты.

Сложная процедура избрания-назначения глав регионов усилила позицию полпредов Президента - они представляют кандидатуры Президенту и умножила роль законодательных собраний - они голосуют. И в случае Нижнего Новгорода были готовы голосовать против прежнего губернатора Ходырева, даже если бы Президент его представил. Можно тем самым говорить о трансформации институтов власти.

Тысячи новых мунципалитетов, пока неопытных и разобщенных, в ближайшем будущем сформируют региональные ассоциации - значит, на политической сцене появятся новые субъекты.

А само богатство форм конфликтов! Конфликт между централизаторской деятельностью федеральной власти, которая должна стягивать в кулак экономические силы, чтобы противостоять мощному давлению на Россию извне, и региональной властью, которая стремится стянуть ресурсы под собственный контроль. Примеров здесь немало, но, наверное, самый заметный - между Центром и президентом Республики Саха-Якутия Вячеславом Штыровым - вокруг алмазного бизнеса и роли в нём государства.

Конфликт между местными элитами, где власть и бизнес нелегко отличить одну от другого, и московскими финансовыми группами, которые стремятся формировать собственные надрегиональные бизнес-княжества. Губернаторы, подобно Евгению Савченко на Белгородчине, вынуждены раньше или позже делать выбор между сильными конкурентами, или, как Сергей Дарькин в Приморье, лавировать в поле интересов легальных и не очень, местных, московских, китайских и японских бизнес-групп.

Чего почти не наблюдается, так это конфликта населения со своей региональной властью - отчасти потому, что эта власть умеет перенаправить недовольство людей действиями Центра, чему неуклюжесть Центра, вроде закона о монетизации льгот, весьма помогает. Отчасти потому, что Центр научился сбрасывать давление в котле, как это случилось с аккуратной добровольной отставкой генерала Шаманова в Ульяновской области.

Самый, быть может, болезненный конфликт - между главами регионов и главами крупных городов, особенно если они - региональные столицы. Такой конфликт присутствует почти всегда, что понятно: у мэров есть основания переадресовывать претензии горожан губернской власти, которая города-доноров ощипывает изрядно. У губернаторов и президентов есть основания подозревать мэров своих столиц в желании занять их кресла, как было, к примеру, с мэром Перми, а потом Пермским губернатором, и нынешним министром природных ресурсов Юрием Трутневым. В одних случаях, как в Казани, дело кончается мирно и даже продуктивно. Набиравший силу и популярности мэр стал полпредом Президента Путина в Дальневосточном федеральном округе, а мэра в Казани больше нет - завершен конкурс на должность сити-менеджера. Нередко, однако, такое противостояние приобретает совершенно болезненные формы, как в случае Пскова, Краснодара, Костромы или Твери. Главная беда в том, что редко когда губернаторам хватает мудрости и терпения, чтобы справиться с задачей персонального порядка, найдя приемлемый компромисс, не нанеся урон городу и его населению. Паны дерутся - у холопов, как известно, чубы трещат. Вот и Дмитрий Зеленин не удержался: что там у них с отстраненным от должности мэром - суд разбирается, а вот Тверь недофинансирована недопустимым образом.

Более того, губернаторы, распробовав вкус закона об основах организации местного самоуправления, жаждут добиться полного контроля над непокорными столицами - следствием этого стал новейший проект поправки в закон. Суть поправки проста: дать региональной власти право перехватывать полномочия мэров при ближе не определённых обстоятельствах.

Это подводит нас к явной необходимости начать следующий цикл - обсуждение законов и целых кодексов, влияющих на всех и каждого, на каждый регион. Влиять то они влияют, и на шансы национальных проектов в том числе, но только большинству людей нет ни охоты, ни времени разбираться, как именно влияют, добираясь до сути сквозь десятки статей и сотни параграфов. Попробуем это сделать в предельно ясной форме, не размениваясь на частности.


Из программы "Реальная политика",
27 апреля 2006 г.

См. также

§ Регионы '07

§ Доклад Общественной Палаты РФ "О состоянии местного самоуправления в Российской Федерации"



...Функциональная необходимость проводить долгие часы на разного рода "посиделках" облегчается почти автоматическим процессом выкладывания линий на случайных листах, с помощью случайного инструмента... - см. подробнее